Цмок

Так, согласно славянским мифам, называли духов, прилетавших к своим любимым под видом кур, крылатых ящериц или змеек и открывающих клады, которые прочим были бы недоступны. Происходит это название от слова «цмокать», «чмокать» — свистеть, издавая звук, подобный чмоканью, поцелую. Белорусы до сих пор называют так домового змея, ужа. Он носит своему хозяину деньги, делает его нивы плодородными, а коров — дойными. За такие заботы цмока-домовика хозяин, со своей стороны, обязан ставить ему на кровле дома или на гумне сковороду яичницы. В противном случае цмок разгневается и сожжет весь дом. Лесной цмок может уморить у хозяина скот, высасывать ночью у коров молоко и делать нивы неплодными.

цмок дракон

Видом тот змей был как зверь фока, такой же лоснистый, в складках, только без клыков. И серый, как фока. Но длиннее, чем тот, весьма. Потому что длины в нём было семь с половиной логойских саженей*, а если поинтересуется немец, то восемь и одна пятая фадена, а если, может, ангелец, то сорок девять футов и ещё двадцать два дюйма.
Туловище имели эти змеи широкое и немного сплюснутое, и имели они плавники — не такие, как у рыбы, а такие точно, как у фоки, толстомясые, широкие, но не очень длинные. Шею имели, к туловищу, так тонкую и слишком длинную. А на шее сидела голова, одновременно похожая и на голову змеи, и на голову лани.
И видит Бог, смеялась та голова. Может, просто зубы скалила, а может, потешалась над нашими бедами. И зубы были величиной с конские, но острые, и много их было на такую голову, даже слишком.
Глаза огромные, как блюдца, мутно-синие в зелень, остекленелые. И страшно было смотреть в эти глаза, и мурашки по спине, будто Евиного змея увидел, и неудобно как-то, и будто в чём-то виноват.

Владимир Короткевич «Христос приземлился в Гродно». Перевод Александра Сурнина

Кто такие цмоки?

Цмок — дракон в белорусской и польской мифологии. В отличии от западного европейского дракона, цмок не враждебен человеку.

Сохранившееся на Беларуси слово «Цмок» в противовес «Змею», делающему акцент на «земляной» природе дракона, указывает на водную стихию. В некоторых белорусских диалектах словом «цмок» называют вяселку-радугу, которая как бы «выцмактывает» воду из реки или озера. «Цмактаць» означает «высасывать, осушать, лишать воды, влаги». Хотя есть версия заимствования этого слова из германских языков (ср. англосаксонское «snаса», английское «snake» — «змея»), мы придерживаемся славянской версии происхождения этого слова. Тем более, что оно известно и болгарам (Смок, Цмок), и словенцам (Smůk), и полякам (Smok), и чехам со словаками (Zmok), ну и в церковно-славянском языке это слово присутствует (Смокъ).

цмок

Легенду о свадебных благословениях Цмока записал лепельский краевед Владимир Шушкевич у своей бабушки Аннеты Михайловной Шушкевич: «С детства слышала небылицы, будто в деревню Волова Гора с Лепельского озера в день свадьбы кого бы то ни было из сельчан обязательно приплывает по рекам Эссе и Береще, озеру Береща и Березинскому каналу змееподобное чудовище по имени Цмок. Делает он это ради того, чтобы получить угощение со свадебного застолья. Ровно в полночь жених и невеста уходили со свадьбы на дамбу Березинского канала и в самый глубокий омут, где якобы уже ожидал разносолы и выпивку Цмок, выливали самогон и бросали закуску. Одновременно просили у чудища благословения на будущую совместную жизнь. Делали это полулегально, поскольку церковнослужители не одобряли почитания мифического существа. Однако никто не отваживался нарушать обычай. Говорят, что молодые даже слышали, как после угощения пьяный Цмок бушевал в омуте и на местном диалекте благословлял будущую семью».

П.Древлянский «Белорусские народные предания»

Читать о цмоках — кликай! »

«Цмок — дух в виде змеи. Три рода Цмоковнасчитывают Белорусцы. Именно: 1) Цмок — общий (Цмок), 2) домовой (домовик) и 3) лесной (лесовик). Об общем Цмоке Белорусцы мало знают: кажется, это, по их понятию, просто дьявол. Общий Цмок имеет в своей власти и распоряжении всех других Цмоков: все прочиеЦмоки должны давать отчет Цмоку общему. У каждого семьянина, говорят Белорусцы, есть домовой-Цмок (но, как видно, это уже не дьявол). Он поселяется в доме избранного им семьянина и, пока с ним в хороших отношениях, не отходит от него к другому семьянину. Домовой-Цмокносит своему семьянину деньги, делает нивы его плодоносными, а коров дойными (то есть дающими много молока); вообще он смотрит за всем его хозяйством. Разумеется, все это делается тайно, незаметно от семьянина; впрочем, каждый семьянин знает своего Цмока-домовика, но не более как своего, так что один семьянин не знает Цмока-домовика другого семьянина, даже рядом с ним живущего. За такие услуги Цмока-домовика семьянин, со своей стороны, должен всякий день приготовлять для него яичницу и ставить ее всегда в сковороде на кровле дома. Говорят, что когда один семьянин не приготовил для своего Цмока-домовика яичницы, то Цмок-домовик в ту же ночь сжег весь его дом и перешел к другому семьянину. Но этот обычай не повсеместен в Белоруссии; более господствует следующий. Каждый семьянин, со своей стороны, обязан в известные дни года приготовлять яичницу для своего Цмока-домовика и, прикрыв ее частым решетом, ставить на гумницы (место при гумне). ЛесовойЦмок (лесовик), говорят Белорусцы, — непримиримый враг домовика и потому-то он все делает назло ему. Он морит у хозяев скот, делает нивы их неурожайными, ночью высасывает молоко у коров и похищает дочерей. Этот-то Цмок-лесовик нередко поедает яичницы, приготовленные для Цмоков-домовиков. Забавный случай в этом отношении рассказывают Белорусцы, будто бы однаждыЦмок-лесовик прежде времени успел окончить поручения Цмока общего и прилетел к одному семьянину съесть яичницу, приготовленную дляЦмока-домовика. В это время прилетел и Цмок-домовик. Произошла драка, и на шум, произведенный ими, стеклись поселяне со всей деревни. Но Цмоки, говорят, постыдились и улетели. После этой драки на гумницы осталось много крови и несколько клочков мяса... Вообще оЦмоках в Белоруссии сохранилось много преданий и все они одно другого забавнее и замысловатее. Не знаем, можно ли Цмока Белорусского назвать тем самым Змоком, которого Г.Касторский приписывает Польше (см. его «Начертание Славянской Мифологии», с.57). Нет сомнения, что этот Змок в Польше то же, что Цмок в Белоруссии, и что даже гораздо вернее будет, если и Польского духа назвать Цмоком, а не 3моком. Это можно доказать производством слов Змок,Цмок и самым делом (фактом). Если этого духа назвать Змоком, то нельзя будет найти корня этого слова ни в Польском языке, ни в Белорусском наречии. Разве в Русском? Но если производить корень этого слова из Русского языка, то свойства, приписываемые Цмоку в Белоруссии и Змоку в Польше, ничуть не оправдают этого словопроизводства. Так, если производить „змок“ от мокнуть (а иначе нельзя на Русском языке), то этим ничуть не определишь значения слова Змок. Но с какой стати искать корня этого слова в Русском языке? Равно и опыт не доказывает мнения Г.Касторского. В Польше много рассказывают очень страшного про Цмока, и все эти рассказы похожи на рассказы Белорусцев. Различие в том, что в Польше знают одного Цмока (общего), который, по мнению Белорусцев, есть дьявол, а в Белоруссии насчитывают три рода Цмоков. Напротив, если мы назовем этого духа Цмоком, то это слово очень легко и верно можно произвести от его корня, как Белорусского, так и Польского, и значение его не будет противоречить самым действиям, приписываемым Цмоку. Так слово Цмок происходит от глагола цмокаць (cmokac), который и на Белорусском наречии и на Польском языке значит — свистать, щелкать зубами, шипеть по-змеиному. Корень верен, и такой предикат очень идет к змее. Итак, ЦмокБелорусский и Змок Польский есть один и тот же нечистый дух в образе змеи.»

П.Древлянский «Белорусские народные предания» // Журнал Министерства народного
просвещения на 1846 год

zmok120302_223

Еще один текст о Цмоках

Читать еще один текст о цмоках ! »

«Не только людям, но и зверям, гадам и тварям подводным приходилось в тот год тяжко. Как раз тогда вымерли в Сенненских озёрах змеи, про которых писал ещё преподобный Амброзий Куцеянский; которых он когда-то проклял и загнал в озёра, чтоб не пугали людей. Вольнодумцы и еретики говорили, что всё это басни, ибо никто этих змеев, кроме гуляк ночных, не видел. Что ж, и гулякам нужно верить. Какой же это трезвый, богобоязненный человек полезет ночью на лесное озеро с дурной славой?!

И ещё говорили вольнодумцы, что если бы змеи были, они б народ хватали, лапали. И это ересь! Во-первых, преподобный Амброзии тех змеев проклял, а во-вторых, забыли они, что никогда в те времена не отдавало Лепельское озеро трупов.

А в тот год и вольнодумцы ахнули. Правду говорил преподобный. За одну ночь на отмелях тех ящеров, тех змеев нашли сорок, да половина того качалась на волнах, как плавучие острова. Да следующим утром нашли чуть меньше половины того, что вымерло в первую ночь.

А ещё через ночь всплыл самый большой. Один.»

...

«Видом тот змей был как зверь фока*, такой же лоснистый, в складках, только без клыков. И серый, как фока. Но длиннее, чем тот, весьма. Потому что длины в нём было семь с половиной логойских саженей*, а если поинтересуется немец, то восемь и одна пятая фадена, а если, может, ангелец, то сорок девять футов и ещё двадцать два дюйма.

Туловище имели эти змеи широкое и немного сплюснутое, и имели они плавники — не такие, как у рыбы, а такие точно, как у фоки, толстомясые, широкие, но не очень длинные. Шею имели, к туловищу, так тонкую и слишком длинную. А на шее сидела голова, одновременно похожая и на голову змеи, и на голову лани.

И видит Бог, смеялась та голова. Может, просто зубы скалила, а может, потешалась над нашими бедами. И зубы были величиной с конские, но острые, и много их было на такую голову, даже слишком.

Глаза огромные, как блюдца, мутно-синие в зелень, остекленелые. И страшно было смотреть в эти глаза, и мурашки по спине, будто Евиного змея увидел, и неудобно как-то, и будто в чём-то виноват.»

Владимир Короткевич «Христос приземлился в Гродно». Перевод Александра Сурнина

 



style="display:block"
data-ad-client="ca-pub-4932468968609758"
data-ad-slot="2423584382"
data-ad-format="auto">